Можно ли выбросить карманные тузы на ривере в противостоянии с ЛАГом? Разбор эксперта

Карманные тузы — сильнейшая покерная комбинация. Обнаруживая две старшие карты у себя в руке, любой игрок надеется, что соперники согласятся на экшен и оплатят ему ставки и рейзы. Идеальное развитие раздачи — быстрый олл-ин на префлопе, когда у оппонента другой стартер из категории «монстров», средняя карманная пара или вовсе полублеф с блокерами вроде A5s. Чуть более сложные решения приходится принимать на постфлопе, но чаще всего обладатель АА просто собирает вэлью двумя или тремя баррелями или заставляет противника сбросить карты.

Намного труднее выбрать корректную линию на опасных текстурах борда, за которые хорошо «цепляется» префлоп-коллер. И совсем неприятна ситуация, когда оппонент вдруг перехватывает инициативу со своим вроде бы капнутым спектром и демонстрирует огромную силу.

В новый разбор попала раздача из трансляции из казино Hustler. Первый участник — Ник Эйрболл. Бывший банкир с покрытой налетом таинственности биографией сегодня воспринимается зрителями как один из самых ярких игроков в офлайн-кеше на высоких ставках. Очень агрессивный стиль нравится нейтральным наблюдателям и напрягает соперников, ведь благодаря хорошему пониманию покерных механик Эйрболл действительно знает, когда следует атаковать, а когда лучше остановиться.

Аарон Занг — один из самых успешных турнирных игроков из Китая. Собрав за карьеру $21,920,818 призовых, он занимает в этом рейтинге второе место после Бяо Дина. Тем забавнее факт, что Занг — типичный любитель из Поднебесной. Это бизнесмен, преуспевший в сферах инвестиций и криптовалют и относящийся к покеру как к хобби. Впрочем, сегодня разница между такими игроками и профессионалами не столь ощутима, как еще десять лет назад.

Известность Аарон приобрел благодаря победе в одном из самых дорогих турниров в истории покера — Triton Million for Charity в 2019 году. Именно там он выиграл $16,775,820 — более 75% от всех выплат в карьере. При этом из-за сделки в хедз-апе сумма оказалась меньше, чем у занявшего второе место Брина Кенни, который получил колоссальные $20,563,324.

Игра проходит на ставках $100/$200/$400. Последним числом организаторы обозначают взнос от «третьего блайнда», находящегося за большим. Впрочем, это условность, так как фактически это обычный обязательный страдл от игрока на ранней позиции.

Префлоп

Ник Эйрболл на UTG открывается с одномастными J9s. Сидящий прямо за ним Аарон Занг находит у себя карманные тузы и объявляет 3-бет. Остальные участники не решаются встревать в разборки между теоретически самыми тайтовыми диапазонами за столом и фолдят. Ник ожидаемо уравнивает. Разумеется, его стартер — не лучший вариант для защиты без позиции. Но за живыми столами диапазоны в целом намного более лузовые, чем в онлайне. Кроме того, Эйрболлу нужно поддерживать свой агрессивный имидж, а его навыков вполне хватает, чтобы переигрывать менее опытных соперников в пограничных ситуациях.

Флоп

В банке $9,100. Эффективные стеки равны $149,800 — именно столько у Эйрболла. Показатель SPR 16 — еще один аргумент в пользу колла с J9s на префлопе. Такие маргинальные стартеры отлично разыгрываются в большой глубине.

Хорошая текстура для префлоп-агрессора. Король на доске обеспечивает преимущество диапазона, а его удаленность от других номиналов делает невозможными готовые стриты. Лучшие руки в спектре коллера — сеты 88 и 77, а также доперы K8s, K7s и 87s. Конкретно для тузов такой флоп смотрится неплохо, поскольку у оппонента огромное количество рук, с которыми тот должен оплатить как минимум одну улицу. Ведь АА не блокируют противнику спектр продолжения, пока на столе нет еще одного туза.

Это не значит, что контбет не выбьет никакие стартеры: в теории даже на минимальную ставку нужно выбрасывать часть комбинаций. Но, если добавить в уравнение неуступчивость Эйрболла и его творческий подход к стратегии, ожидание от агрессивного розыгрыша сильных рук только растет.

Занг ставит $6,000. Довольно крупный сайзинг для такой текстуры. Солвер склонялся бы к ренджбету небольшого размера. Впрочем, это не ошибка, тем более в глубине эффективных стеков в 750 ББ.

У Ника гатшот. Естественно, такие руки на флопе не выбрасываются. Вопрос лишь в том, как именно американец решит действовать со своей комбинацией. Девятка — мощный аргумент в пользу чек-рейза. Удивительно, но склонный к блефам Эйрболл на этот раз ограничивается коллом.

Терн

В банке $21,000. В стеке Эйрболла остаются $143,800. SPR все еще велик. В данный момент это явно не устраивает обладателя тузов, так как он с радостью поспешил бы задвинуть в центр стола все свои чипы. Но для быстрого увеличения пота нужно, чтобы оппонент был готов к экшену.

Пятерка не является полностью безопасной картой. На первый взгляд предположение о том, что в диапазоне Эйрболла есть 96s и 64s, кажется абсурдным. Ведь речь о 3-бет-поте между участниками на двух ранних позициях. Но Ник не раз доказывал, что не видит проблем в защите таких рук независимо от места за столом. Кроме того, в рендж американца добавляются сеты 55 и доперы K5s и 75s. 85s вряд ли входит в этот список, поскольку такой двойной гаппер в колле на префлопе излишен даже для Эйрболла.

Впрочем, карманные тузы с эквити около 80% по-прежнему доминируют над диапазоном соперника. Занг ставит $16,000 — очередной крупный бет на вэлью. Такое развитие ситуации обычно завершает раздачу для гатшотов и части OESD. Только вот у Эйрболла уже не гатшот. Его рука превратилась в дабл-белли-бастер — стрит-дро с промежутком в порядке номиналов. J9s усиливаются до стрита при выходе шестерки или десятки.

Значит ли это, что данная комбинация обязательна для продолжения? Нет, для пассивного розыгрыша у нее не хватает эквити, ведь при получении натса доска становится слишком скоординированной, чтобы извлечь достаточно вэлью без относительной позиции. Зато для агрессии у этого сочетания прекрасные условия: шанс около 16% на усиление и девятка в виде блокера к стритам и OESD у оппонента. Разумеется, Эйрболл выбирает чек-рейз до $40,000.

Только что Занг смеялся над шуткой кого-то из участников, но теперь его лицо совершенно серьезно. Он явно не ожидал, что придется принимать сложные решения в раздаче с карманными тузами. Причем трудный выбор предстоит не в моменте: Аарону необходимо решить, что делать на ривере в случае продолжения. Вряд ли он сомневается, что репрезентующий сильную комбинацию Эйрболл станет атаковать на следующем этапе.

Однако у китайца карманные тузы — рука, с которой очень сложно расстаться. Чтобы выбросить ее на терне, нужны веские основания: опасная текстура борда и пассивный прямолинейный противник. Пока не выполняется ни одно из условий. Доска не слишком приятна для префлоп-агрессора, но и критической связанности у нее нет. А назвать Эйрболла пассивным и прямолинейным было бы для него почти оскорблением. Поэтому пока решение очевидно: колл.

Ривер

В банке $101,100. После чек-рейза эффективные стеки снизились до отметки в $103,800, то есть SPR приблизился к единице.

Четверка не усиливает Эйрболла до стрита. Но нельзя сказать, что она совсем ему не помогает. Этот ранаут экстремально координирует доску, ведь для получения натса достаточно иметь в руке шестерку. А у Ника могут быть еще сеты и доперы, которые на таком борде не потеряли ценность в сравнении с диапазоном Занга, смещенным в сторону бродвея. Американец прекрасно понимает, как неприятен это ранаут для соперника, и использует момент для решающего блефа. Он объявляет олл-ин.

«Мне не нравится ривер, — произносит Аарон. — Когда я коллировал, я предполагал, что у тебя шестерки. И вот выходит четверка, и она дает стрит. Значит, теперь я должен изменить предположение. Но, если я это сделаю, значит, допустил ошибку, когда коллировал на терне».

Вероятно, это просто самоирония, так как класть оппонента ровно на одну комбинацию, пусть и в шести вариациях — ужасная идея. Тем более в случае с таким лузовым противником, как Эйрболл. Видя сомнения Занга, Ник снимает маску покерфейса и начинает разговаривать с и без того обескураженным оппонентом. Он просит показать карты, хвалит наручные часы от Richard Mille, а затем настойчиво уверяет, что карманные тузы точно не годятся для колла. При этом Занг постепенно «сжигает» свои фишки тайм-банка, на что американец также обращает внимание и по-приятельски рекомендует ускориться. Похоже, Эйрболл изо всех сил старается не дать противнику сосредоточиться.

«Я бью 4-5 комбинаций, но проигрываю где-то 10 сочетаниям, — говорит Аарон. — Это пограничные значения, ведь мне нужно выигрывать в 30% случаев».

Стоит признать, рассуждения в таком русле от любителя вызывают уважение. Числа не слишком точны, так как при потбете необходимо набрать 33% эквити, а не 30%. Но владение базовой математикой говорит о том, что Занг уделял время теории. При этом Ник оспаривает высказывание соперника, уверяя, что такого соотношения недостаточно для колла. Секунды, отмеренные при запуске последнего тайм-чипа, подходят к концу. Эйрболл ведет обратный отсчет, продолжая давить на оппонента психологически. Тот начинает суетиться и… выбрасывает руку.

Американец тут же показывает оппоненту свой блеф, заявляя, что только что сотворил искусство. С этим сложно спорить: подобные действия по-настоящему украшают покер. Иногда Ник позволяет себе откровенные глупости, но в этой раздаче он идеально использовал свой блокер, текстуру борда и его связь с предполагаемыми диапазонами.

Ошибся ли Занг? Умение расставаться с обесценившимися «монстрами» отличает думающих игроков от покеристов на первых уровнях мышления, не воспринимающих ничего, кроме собственных карт. Разумеется, фолд с АА на опасной доске критиковать нельзя. Он точно не является ошибкой.

И все же в противостоянии с известным агрессией Эйрболлом пас сложно назвать обязательным. Если оппонент умеет блефовать, в его спектр следовало бы добавить куда больше обманных комбинаций, чем насчитанные Зангом 4-5. И в этом случае колл становится не таким сомнительным. Впрочем, Аарон и без того до последней секунды сомневался, поэтому стоит признать, что для любителя он обладает очень неплохой покерной логикой.