Pokerdom
1Win
Jack Poker
MobilePokerClub
Stake Poker
ПокерОК
Бонус 100% до 50,000 для новичков
Еженедельный фриролл на 20,000 по вторникам в 20:00
Еженедельный фриролл на 20,000 по вторникам в 20:00
Тренды поиска
Это вторая часть нового интервью с Михаилом Minthon19 Яковлевым на Poker.ru. В первой мы обсудили медийность, жизнь стримера в современных реалиях и тренд на ИИ. В продолжении амбассадор POKEROK рассказал о цене любви к офлайн-покеру, объяснил, почему Омаху рано считать «анскильной» дисциплиной, и поделился тем, каким видит свое место в покере после 16 лет за столами. В финале — короткий блиц с ответами на непростые вопросы.
— Несколько лет назад ты говорил, что офлайн слишком затратен по времени и ожиданию, а теперь у тебя стабильно несколько поездок в год. Что изменилось?
— Глобально ничего не изменилось: я до сих пор полностью согласен с тем, что офлайн слишком затратен по времени и ожиданию. Зато подход POKEROK к этому направлению стал другим.
Раньше серий под брендом практически не было. Их очень просили, часто звучали вопросы: «Ну когда уже?». Сейчас таких серий стало больше, и я стараюсь их не пропускать. Ездил в Батуми, на Кипр с радостью. Получается симбиоз: можно проветриться, куда-то съездить и одновременно представить наш замечательный рум.
Иногда выезжаю и просто так. Вот в ноябре планирую в Сочи, до этого несколько раз ездил туда без какой-либо привязки к POKEROK. Просто сама по себе локация очень нравится.
Не могу сказать, что мое отношение к офлайну принципиально поменялось. Мне очень близок прагматичный подход Андрея Котельникова, Лехи Авроры и других ребят, которые не витают в облаках.
К слову, недавно появилась популярная тема: опубликовали, насколько я понимаю, довольно точные результаты игроков Triton за много лет. Не могу сказать, что заранее знал конкретные цифры, но я вообще не сомневался, что картина окажется примерно такой — то есть минусовой. Думаю, эти результаты легко экстраполировать и на менее дорогой офлайн. Причем там наконец-то посчитан профит, а не просто призовые. И даже при этом за скобками остаются огромные сопутствующие расходы.
Я офлайн люблю и уважаю, но лично мне он дается тяжело, и особенно сильно я прочувствовал это за последние полтора года. Несколько серий подряд сложились плохо. При этом у меня нет ощущения, что я крутой игрок, которому просто не везет. Я и сам понимаю, что где-то что-то делаю не так.
Офлайн — это тяжело. Ты играешь за одним столом и практически не имеешь права терять концентрацию, потому что очень важно следить за всем происходящим. Шоудаунов мало, и нужно замечать каждый. Чем дальше проходит турнир, тем выше цена информации. Ты сидишь уже восемь часов, заканчивается поздняя регистрация, приближается баббл — ты должен быть максимально вовлечен.
12-13 часов с небольшими перерывами — это, мягко говоря, тяжеловато. Поэтому я все больше уважаю офлайн-регов, которые выбрали это своим путем. Это действительно тяжелая работа.
На мне еще и сами поездки сказываются в моральном плане. Почти после каждого выезда я на два-три дня оказываюсь далеко не в лучшем состоянии. «Депрессия» — слишком громкое слово, не хочу им разбрасываться, но после последних серий я был на каком-то моральном дне.
Наверное, это мой психотип и особенности восприятия. Мне больше нравится то, что происходит дома: кошечки, друзья, возможность постримить. Поездки я по-прежнему люблю, но сам покер там дается тяжело.
Очень важно здраво оценивать свои силы. Это такой маленький совет: нужно представлять, как ты будешь чувствовать себя при результате ниже среднего, потому что именно он будет случаться чаще всего.
Если ты приехал, задипранил Main Event и выиграл шестизначный плюс, никаких проблем не будет. Ты переживешь и шесть дней игры подряд, и спина будет болеть не так сильно. Но так случится один раз из десяти.
Нужно думать о том, что будет в остальных девяти случаях, когда ран окажется не очень удачным. Сможешь ли ты с этим справиться? Будешь ли продолжать показывать свою лучшую игру? У меня в последнее время все чаще возникает ответ: «Не знаю».
Не могу сказать, что многое изменилось. Я стал чуть чаще ездить, плюс вырос банкролл — могу чувствовать себя спокойнее. Но я все еще на сто процентов человек онлайна. Мне гораздо комфортнее дома, за компьютером, с редкими выездами два-три раза в год.
— Так что же все-таки мотивирует все равно собираться и катать серии?
— Иногда мотивация очень банальная: это любовь к POKEROK. Нас никогда ни к чему не принуждают, но бывают серии, про которые говорят: «Было бы неплохо посетить». Я своих ребят уважаю и люблю. Раз они старались, организовали серию, то я не сахарный — не рассыплюсь, если приеду и «посвечу лицом».
Я знаю, что людям иногда приятно поиграть со мной за одним столом, и мне это тоже нравится. Поэтому первый пункт — что-то вроде рабочих обязательств. Хотя они вообще не обязательные, я сам считаю правильным так поступать.
Особняком стоят серии вроде Багам. Они вообще не таргетные для СНГ-подразделения, я сам туда отобрался. В первую поездку все получилось хорошо, я прошел дальше. А вторые Багамы просто «забили гвоздь в крышку гроба» моей любви к офлайну.
С контентом ничего не получилось: постримить нам там не дали. Я разболелся, «слился» с челленджа по отжиманиям. Еще решил поехать как честный человек не на полном бэкинге, как обычно, а продал только 60% и оставил себе 40%. Для меня это очень много.
Загрузил примерно $110,000, выгрузил $10,000 — проиграл сотку, из которых $40,000 были моими. Ничего не получалось, меня уже просто воротило. При этом Багамы далеко, нужна американская виза, а улететь обратно можно только по заранее купленным билетам. Нельзя просто собраться и уехать.
В общем, да, с офлайном у меня отношения непростые. При этом я постоянно общаюсь с покерными друзьями, и у меня нет ощущения: «Почему же они тащат, а я нет». Я и сам прекрасно понимаю, что не разрываю поля.
Что в итоге мотивирует? Желание когда-нибудь все-таки доехать. Но не настолько сильное, чтобы значительно увеличивать количество офлайн-серий. В ближайшее время вряд ли буду ездить чаще.
— Есть какое-то офлайн-достижение, про которое ты бы мог сказать «не уйду из покера, пока не добьюсь»? А в онлайне?
— Нет, без сомнений. Ни в офлайне, ни в онлайне у меня таких целей нет. Я вообще немного странно отношусь к людям, которые до сих пор так воспринимают покер. Хотя это не совсем корректная формулировка. Скорее, мне это кажется забавным.
Помню, когда я только начинал, на одной из первых серий в Ялте мне встретился Кирилл Тележкин. Он тогда был на невероятном апстрике и говорил всем: «Готов заключить пари, что в ближайший год выиграю какой-нибудь мейджор». Но если ты хотя бы немного понимаешь, как в покере работает дисперсия, то осознаешь, насколько странно ставить перед собой такую цель.
Пару лет назад я слышал похожее и от своего хорошего знакомого. Он не так давно играет, быстро развился, показывает хороший винрейт. Но даже при всем этом часть результата, которая от тебя не зависит, в покере бесконечна.
Я стараюсь ставить перед собой осязаемые цели, на которые могу повлиять хотя бы на 80-90%. Например, качественно отыграть определенную дистанцию, потратить столько-то часов на обучение или стримы, отобраться на конкретный турнир, приехать и сыграть его. Вот это — да. Но говорить: «Не уйду из покера, пока не выиграю такой-то турнир», — нет. И к онлайну это относится точно так же.
Покер был и остается для меня любимой игрой, интересным занятием и профессиональным видом деятельности. Но я все-таки не витаю в облаках. Все эти заявления в духе «Да я точно догоню Фила Хельмута по браслетам»… Нет, не точно, дружище. Поэтому у меня таких целей нет.
— Ты уже несколько раз посещал клубы игры на интерес. Что думаешь о таком формате? Это «одноразовое» развлечение или что-то большее?
— Мне непросто отвечать на этот вопрос, потому что я не обычный человек с улицы, который увидел клуб и решил попробовать. Я хожу туда по достаточно понятным причинам: чаще всего это рекламные соглашения, пусть и приятные.
Впервые я пришел туда около года назад, уже будучи игроком с 16-летним стажем, который сыграл миллионы раздач. Понятно, что сам по себе я вряд ли захотел бы просто покидать карты — разве что один раз из любопытства. Но теперь я был там уже раз десять и пока не планирую заканчивать.
Я называю это «квизами». Мне кажется некорректным говорить, что такие клубы готовят человека к настоящему офлайн-покеру. Все-таки покер без денег — это совсем другое дело.
В юности мы могли часами рубиться в «Монополию» просто до упора, и при этом ничего не стояло на кону. Можно было пойти поиграть в футбол, в карточные игры безо всяких наград. Как бы забавно ни звучало, в какой-то момент дядя даже привез нам рулетку — естественно, никто никому ничего не выплачивал, но крутить шарик все равно было интересно.
Если же убрать деньги из покера, он сразу становится другой игрой. Не плохой, но другой. Для меня, например, очень важен элемент блефа. Когда ты ничем не рискуешь и ни за что не отвечаешь, все сразу меняется.
Главное, что людям это интересно. Они действительно приходят как на квиз: посидели, пообщались, хорошо провели время, интересно поиграли.
Для онлайна это тоже, естественно, очень круто. Люди знакомятся с покером, проявляют интерес, а потом некоторые из них идут играть к нам на POKEROK. Поэтому ничего плохого в этом формате я не вижу.
Какой-то великой миссии по развитию покера я бы ему не приписывал — это было бы лукавством. Серьезной подготовки к реальным офлайн-сериям здесь практически нет. Но как развлечение — отличная вещь. Почему нет? Люди объединяются в комьюнити и говорят о нашей любимой игре.
— Как ты считаешь, это может быть маленьким шагом к легализации покера в России?
— Это очень интересный вопрос, и мне самому любопытно, чем все закончится. Ответа у меня нет. Кажется, сейчас диапазон возможных событий простирается буквально от худшего варианта до лучшего.
Может произойти так, что послезавтра все эти клубы закроют. А может быть, нынешний очевидный бум бесплатного покера действительно выведет игру на какие-то новые вершины.
Законодательная часть в этом вопросе достаточно сложная. Насколько я понимаю, напрямую разыгрывать что-то нельзя, но при определенном оформлении — через компанию, договоры и другие юридические конструкции — какие-то призы возможны. Я в этом не очень разбираюсь, но наблюдать крайне любопытно.
Уже создаются федерации, клубы и лиги. Победителей лидербордов официально отправляют на офлайн-серии, в Минск, например. Все согласовывают с юристами, с игроками подписывают договоры.
Что будет дальше — не знаю. Мы живем в интересное время, поэтому произойти может все что угодно. Может оказаться, что никакие ухищрения не помогут. А может быть, наоборот, завтра нас официально признают спортсменами. Наблюдаю вместе с вами — очень любопытно.
— Когда-то ты говорил, что совсем не работаешь над игрой и не пользуешься солверами — а как сейчас? Есть время и место на тренировки?
— Практически нет. И это касается не только Омахи. Сейчас соотношение дисциплин у меня примерно 80 на 20 в пользу безлимитного Холдема.
Над Омахой я последний раз серьезно работал года четыре назад, если честно. Над NLHE последние пару лет занимаюсь в GTO Wizard. Отличная программа, мне очень нравится.
Это примерно как на вопрос «Ты в зал ходишь?» ответить «Ну, десять раз приседаю по утрам и пять раз отжимаюсь». Вроде неплохо, хотя бы не с шаурмы начинаешь день, но понятно, что для современного покера этого маловато.
На тренировки я стараюсь выделять где-то 10-15 часов в месяц. Причем это достаточно лайтовая работа, хардкорной я бы ее не назвал.
— Какой самый большой миф про PLO до сих пор живет среди игроков, которые смотрят ее со стороны?
— Наверное, главный миф в том, что PLO — анскильная игра, где важна только удача. Особенно сейчас, когда стала популярна пятикарточная Омаха. У меня в ней, кстати, не самый большой наигрыш, но на удивление на высоких лимитах. Да и в четырехкарточной PLO дистанция немаленькая.
До сих пор на стримах можно услышать: «Да что эта Омаха? Там с любыми двумя руками 50 на 50». Это далеко не так. PLO — очень умная и сложная игра.
У нас, на мой взгляд, вообще очень сильная СНГ-школа Омахи. Просто сядьте поиграть в адекватных турнирах — и быстро поймете, что ничего не понимаете. Есть, например, Сергей Нестеренко. Когда он активно вел блог и разбирал раздачи в нашей конфе, это была просто фантастика. Было видно, как человек работает, думает и раскладывает каждое решение. Это очень сильно.
Есть и второй миф. Когда я начинал играть лет десять назад или даже больше, постоянно говорили: «PLO — динамично развивающаяся дисциплина, за которой будущее». Сейчас говорят примерно то же самое. Наверное, доля правды в этом есть, но особенно ничего не изменилось. Омаха как была в несколько раз менее популярна, чем NLHE, так и остается.
— Если бы тебе пришлось сменить дисциплину, что бы ты выбрал?
— Я и так много лет почти не играю в Омаху. Сейчас я турнирный игрок в NL Холдем — не самых высоких лимитов и, будем честны, довольно плохой. Поэтому я бы остался в NLHE MTT с ABI примерно от $25 до $1,500 и пытался бы как-то наковырять себе на жизнь, если бы пришлось зарабатывать именно покером. Любовь к Омахе никуда не прошла — я ее по-прежнему люблю. Просто играю гораздо меньше. Кажется, это не я разлюбил Омаху, а она меня.
— Самый смешной медийный игрок в покер?
— Паша SpeedTLT. Потом пропасть, потом иду я, а потом снова пропасть.
— Главное качество хорошего стримера?
— Постоянство. Ну и, конечно, болтательность.
Это исключительно вкусовщина, но лично я никогда не буду смотреть человека, у которого на стриме возникают двух- или трехминутные паузы. Это не значит, что он плохой или скучно стримит — просто мне такое не заходит.
Нужно подрубать много, часто и бесконечно болтать, развлекая публику. Желательно, конечно, не совсем бессмысленно.
— Лучший способ пережить даунстрик?
— Глубокий банкролл. Понимаю, что вопрос, возможно, был немного о другом, но это блиц — отвечаю первое, что пришло в голову. И это действительно правильный ответ: чем глубже банкролл, тем меньше ты переживаешь.
Естественно, достичь этого очень нелегко. Я и сам на стримах говорю про полторы тысячи бай-инов как про данность. Но вспоминаю, как катал большую часть жизни до стримов, когда моим единственным доходом был покер, и понимаю, что это практически недостижимо — так можно навсегда застрять на невысоких лимитах.
Если говорить не только про деньги, то работают обычные способы выхода из тяжелых жизненных ситуаций: не замыкаться в себе, общаться с друзьями, делиться переживаниями. Возможно, поменьше играть и побольше тренироваться.
Важно не объяснять все исключительно даунстриком. Возможно, ты тоже что-то делаешь не так. В общем, выходим из ситуации по-мужски: собираемся и вкалываем. Да, тяжело. Но надо.
— Фраза из чата, которую пора запретить?
— Я вообще не люблю душнильство и гадости. Какие-то смешные оскорбления — еще нормально, сложные вопросы — тоже без проблем. А вот просто душных людей надо убрать.
Если выбирать конкретную фразу, пусть будет такая: у тебя был чиплидерский стек, закончился баббл, все вошли в деньги — и в чате пишут: «Ну все, это уже минимум финалка».
Вот это меня немного раздражает. В ситуации, где вообще не гарантирован никакой дальний проход, тебя уже сажают за финальный стол.
— Закончи фразу: «Минтон без покера — …»?
— Не Минтон. Покер — даже чуть больше, чем огромная часть моей жизни. Я играю с 18 лет, занимаюсь этим уже половину жизни — причем осознанной. Так что Минтон без покера — не Минтон. Тяжело бы ему было.
