Эрик Сайдел: «Я вынужден играть в свой лучший покер, так как играю против лучших игроков»

Кого можно отнести к легендам, не всегда понятно. Но Эрик Сайдел не раз подтверждал, что достоен этого почетного звания. $35 млн призовых в живых турнирах, восемь браслетов WSOP, титул чемпиона WPT… немногие могут похвастать покерными достижениями, которые сравнимы с этими.

Канал Paul Phua Poker выложил интервью с этим игроком, который на данный момент занимает 4-е место в списке All Time Money List. Эрик рассказал о том, как поборол дислексию, о своей любви к искусству, а также о том, как его уникальное отношение к жизни позволяет ему соперничать в самых дорогих играх уже 30 лет.

Предлагаем вашему вниманию краткий перевод этого интервью.

Привет, Эрик. Как будто на шоу Дэвида Леттермана, а?

Ха-ха, типа того.

Ты часто слушаешь музыку, когда играешь в покер?

Чаще всего я обхожусь без музыки. Но у меня обычно всегда при себе наушники на случай, если захочется что-то послушать. Или если кто-то за моим столом слишком шумно себя ведет. 

Предпочитаешь более спокойную атмосферу за столом?

Да, если кто-то непрерывно бубнит. Но иногда дискуссии, особенно в хайроллерских кругах, интересны, и тогда наушники мне не нужны.

Сейчас ты один из самых успешных игроков в покер. А когда был мальчишкой, кем мечтал стать?

В детстве я читал много детективов, и подумывал стать юристом. Позже мне захотелось стать бизнесменом. Я тогда и представить не мог, насколько был далек от того, что ожидало бы меня в мире бизнеса.

Эрик Сайдел в детстве хотел стать бизнесменом

Ты был уверенным в себе подростком?

Совершенно точно нет. Я убедил себя, что не особо умен, что привело к трудному детству.

Убедил себя? Почему?

У меня была дислексия, поэтому в школе мне пришлось туго. Я плохо учился, поэтому мне казалось, что все вокруг меня умнее.

У меня была похожая история. Я был наполовину китайцем, и никто не видел во мне белую половину. Когда я рос, мне казалось, весь мир против меня из-за того, что я другой. У тебя было такое же чувство?

Да. Наверное, многие тинейджеры сталкиваются с подобным. Тех, кто просыпается уверенным в себе, среди молодежи небольшой процент. Не знаю, насколько необычным было то, с чем сталкивался я, но мне пришлось очень тяжело.

Это может оказать влияние на всю дальнейшую жизнь.

Конечно. Я преодолевал сложности, но в итоге пришел к тому, что благодарил судьбу за них. Они мотивировали меня усерднее трудиться, постараться чего-то добиться в жизни. Когда испытываешь недостаток уверенности в себе, стараешься компенсировать это чем-то в жизни.

Мне еще сильно повезло оказаться в нужное время в нужном месте – так я открыл для себя мир азартных игр. Сначала нарды. Затем покер. Находились люди, благодаря которым я смог освоить эти игры. И в итоге стать тем, кем являюсь сейчас.

Ты принадлежишь уникальной группе, куда входит основатель IKEA Ричард Брансон и несколько других очень известных людей. Они добились успеха в своей области, несмотря на детскую дислексию.

Удивительно, насколько большой процент руководителей и успешных людей имели дислексию. Это серьезное препятствие.

Когда ты сказал, что тебе повезло оказаться в нужном месте в нужное время, наверное, это было не просто везением? Что помогало тебе расти и развиваться как игрок?

У меня был энтузиазм. И я действительно оказался в нужное время в нужном месте. Началось возрождение нард, и оно пришлось именно на тот город, где я жил – Нью-Йорк. Пол Макгрилл, который привнес революцию в игру, обитал там же, и мы с ним сдружились. Будь я в другом месте, неизвестно, как бы все сложилось.

Было ли это необычно играть на деньги в нарды?

Да. Даже мой отец считал, что это странный способ зарабатывать себе на жизнь. Он придерживался стандартов. Со временем у меня стало хорошо получаться, а когда я перешел на покер и добился там успеха, он, наконец, стал за меня счастлив.

Эрик Сайдел за покерным столом

Тебе нужно было доказывать родителям их неправоту или ты просто хотел играть?

Не думаю, что у меня была нужда кому-то что-то доказывать. Это была просто попытка найти свое место, стать в чем-то компетентным.

У меня никогда не было мыслей, что я могу вырасти в великого игрока, стать таким, как Стю Ангер или Чип Риз. Они казались мне не от мира сего. Мне хотелось играть и возможно выиграть немного денег.

В статьях на Pokernews ты рассказывал, что был стеснительным, неловким подростком. Как это проявлялось? Ты ведь не всегда такой. Например, сейчас, во время интервью, ты выглядишь достаточно уверенным.

Когда я рос, я был социально изолирован. Очень нервничал с женщинами. Для меня общение со слабым полом всегда было испытанием. Кстати интересно, ведь мир покера наполнен людьми, которые социально не приспособлены. Поэтому есть определенный комфорт для всех нас собираться вместе, ха-ха.

Когда я рос, у нас ты был или крут, или нет. И скромные не были крутыми. Никто не хотел быть скромным. Но теперь, когда я слежу за покером и вижу ребят, которые пробились на самый верх, они открыто говорят: «Да, я стеснительный».

Культура изменилась. 30 лет назад, когда ты шел устраиваться на работу на Уолл-Стрит, на собеседовании смотрели, насколько яркая ты личность. Теперь, если видят, что ты будешь для фирмы выгодным сотрудником, к социальной неуклюжести относятся намного терпимее. Так что теперь это не такое серьезное препятствие.

Когда ты смотришь в свое будущее, ты сверяешься со своими ценностями? Чтобы определить, в каком направлении работать.

Это как раз то, что мне нравится в покерном сообществе. Некоторые ребята невероятно целенаправленны. Они спрашивают себя: «Я теперь хорошо зарабатываю и финансово обеспечен. Как я могу сделать что-то полезное?» Дэн Смит организовал проект, который дает покеристам возможность заняться благотворительностью. Многие в нем участвуют, вкладывают значительную часть своих выигрышей и изменяют чью-то жизнь к лучшему. Поразительно, как много они сделали.

Это также развеивает миф, что покер не приносит никакой пользы. Тебя это беспокоило, когда ты начал играть профессионально?

Если ты зарабатываешь игрой деньги и тратишь их на помощь другим, покер перестает быть занятием, которое не приносит пользы. Практически все, кого я знаю, стараются внести свой вклад, чтобы сделать мир лучше. Люди, которые играют по самым высоким ставкам, на мой взгляд, очень внимательны к чужим проблемам.

Вклад покеристов становится заметнее с каждым годом.

Победа Эрика Сайдела на EPT Super High Roller в 2015 году
Победа на EPT Super High Roller, которая принесла Эрику более двух миллионов долларов

Столько лет играть в покер на высочайшем уровне требует серьезных усилий. Ты думал, стоит ли продолжать? И вообще, часто задумываешься о том, какой должна быть твоя жизнь?

Я думал об этом. Но мне нравится то, что я делаю. Нравится играть, соревноваться. Я не знаю, что еще сможет одновременно сделать меня счастливым и даст возможность проявить себя. Мне очень повезло попасть в игровую среду. Думаю, есть другие профессии, которые бы меня удовлетворили. Но я не готов на них переключаться сейчас.

Ты теперь семейный человек. У тебя есть жена, дети. Но ты в постоянных разъездах на турнирах. Как тебе удается совмещать покер и личную жизнь?

Когда мои дети росли, не проводилось большого количества турниров, и я мог оставаться дома, чтобы побыть с ними. Теперь они выпорхнули из гнезда, и я могу путешествовать, сколько захочу.

Я люблю путешествовать. И люблю проводить время в Нью-Йорке, когда возвращаюсь. Я стараюсь балансировать свою жизнь и не уделять покеру слишком много времени, чтобы не перегореть. Но пока покер приносит мне удовольствие. Он дает мне азарт соперничества.

Есть ли цели, которые ты бы хотел выполнить в этом году?

Не знаю, есть ли смысл вообще ставить покерные цели, так как многое зависит от случайностей. Конечно, я бы рад выиграть крупный турнир или два, но я стараюсь просто больше играть и принимать правильные решения. А там как карта ляжет.

А вне покера есть что-то, что ты не делаешь, хотя должен?

Когда я не играю в покер, я делаю то, что мне нравится. Я люблю проводить время в Нью-Йорке. Мне нравятся музыка, театр, кино, книги. И я не ощущаю, что мне чего-то не хватает в моей жизни.

Журналистка Мария Конникова как-то связалась с тобой и попросила научить играть в покер. А через год выиграла крупный турнир. Теперь она собирается выпустить об этом книгу. Можешь рассказать эту историю подробнее? Почему ты решил ей помочь?

Она писала для New Yorker, что очень впечатляет, так как это один из самых популярных журналов в мире. И у нее определенно есть шарм. У меня были опасения, что сказанное ей может отразиться на моих доходах в будущем. Но я также подумал, что не знаю, сколько еще буду играть в покер. И это показалось мне интересным испытанием.

После первой встречи, не знаю, был ли это ее навык репортера или особый шарм, но мы словно были на одной волне, обсуждая покер. У нее был такой же подход к игре, как у меня. Это повлияло на мое решение обучать ее, и я рад, что согласился. Мне нравится ее поддерживать на турнирах. И, мне кажется, ее книга пойдет покеру на пользу.

Эрик Сайдел и Мария Конникова
С Марией Конниковой. Благодаря урокам Эрика, за год она прошла путь от полного новичка до чемпионки PCA National

Я стараюсь делать все, что в моих силах, чтобы продвигать книгу. Не уверен, правда, что я лучший игрок для этого. Даниэль Негреану и Фил Хельмут привлекли бы к книге куда больше внимания. Но я рад, по мере возможности, внести свой вклад.

И все же твои успехи в хайстейкс-турнирах и стабильность поразительны. Фил, к примеру, не участвует в таких дорогих играх. Таких, как ты, очень мало.

Это одна из причин, почему я продолжаю играть. Мне хочется узнать, как далеко я могу зайти. Смогу ли продолжать состязаться на равных. Это нелегко, даже за последние полтора года игра сильно изменилась. Приходится постоянно вносить корректировки в свои стратегии. Не знаю, смогу ли я оставаться на самом верху в будущем. Может, придется спуститься по лимитам, забыть про хайроллерские ивенты.

Ты не ощущаешь недостатка внимания в покере? Или тебя устраивает просто играть и изредка давать интервью?

По правде говоря, меня удивляет то, на ком фокусируется покерная реклама. Дело не только во мне. Взять Стивена Чидвика. Он, возможно, лучший игрок в мире на данный момент. Но СМИ не балуют его вниманием настолько, насколько он заслуживает. То же самое с Алленом Каннингемом. Он превосходный игрок и очень интересный человек. Он забавный, в нем много шарма. Но ему тоже не уделялось достаточно внимания.

Спокойные игроки остаются в тени. Мне бы хотелось, чтобы когда такие игроки, как Стивен Чидвик или Дэвид Питерс, показывают хорошие результаты, покерный мир больше реагировал на это.

Какие качества помогают тебе оставаться на покерной вершине?

Возможно, у меня лучшее понимание природы случайности покера. Поэтому мне не приходится вкладывать столько мыслительных процессов в обучение. У меня нет внутренних монологов вроде: «Мне так не везет! Мне нужен был этот доезд». Для меня не так важны результаты. И мне это помогает.

Это ведь касается не только покера? Это твоя жизненная философия. Как тебе это удалось в себе выработать?

Покер мне в этом помог, но такой подход у меня не только к игре. Многие смогли достичь этого через медитацию. Сам я не так часто медитирую, только изредка. Еще мне очень помогли книги. Я только что прочитал книгу «Иллюзия Я» Брюса Худа, которая хорошо раскрывает эту тему.

Я работал на поездах 20 лет и никак не мог дождаться выхода на пенсию в 55. А ты задумываешься о заслуженном отдыхе?

Я об этом много думаю. Сейчас я не готов полностью уйти на покой, но возможно я сокращу количество поездок. Мне не хочется тратить деньги на бай-ины, если я ощущаю, что не имею перевеса над полем.

Если бы я дал тебе $20 млн и нужные навыки бы не были проблемой, чем бы ты занялся?

Наверное, инвестировал в киноиндустрию. Я люблю смотреть фильмы, и мне было бы интересно поработать с креативными людьми. Также я вижу себя в печатном бизнесе.

А ты сам пишешь?

Писатель из меня, мягко говоря, не очень. Мой брат пишет, и я завидую его умению это делать.

Эрик Сайдел с близкими
В кругу близких

А если бы я поставил тебя во главе благотворительного фонда Билла Гейтса, решением какой важной проблемы ты бы занялся?

Я бы отдал узды правления в руки Дэна Смита. Он в этом разбирается намного лучше. Или Лив Бори. Но, на мой взгляд, Билл Гейтс и сам отлично справляется. Он выбирает действительно важные области и решает важные проблемы.

За последние 20-30 лет, пожалуй, никто не оказал настолько большого положительного влияния на мир, как Билл. Он, кстати, тоже играет в покер.

Ты когда-нибудь играл с ним?

Не доводилось. Но любой, кто играет в покер, вызывает у меня симпатию. Я рад, что он играет.

А с другими знаменитостями встречался за покерным столом?

Когда часто играешь в покерных турнирах, рано или поздно за твои столом окажется звезда. Так что я встречал немало известных людей, но я никак не могу к этому привыкнуть. Комик Нил Бреннан как-то сказал: «Встретить знаменитость – все равно как если полицейский остановит твою машину. Сразу начинаешь нервничать, хотя вроде как не сделал ничего плохого».

А ты сам ощущаешь себя знаменитостью?

Я об этом не задумываюсь. Но когда я прихожу на покерный турнир, всегда находятся люди, которые хотят со мной сфотографироваться.

Я как-то читал статью о вещах, о которых сожалели умирающие: не уделяли достаточно времени себе и своим удовольствиям, не выражали себя, слишком много работали, проводили мало времени с друзьями. Есть ли у тебя похожие сожаления?

Я всегда считал, что у меня проблемы с общением, что возможно стоило над этим поработать. Но я не думаю, что чересчур много работал или у меня есть другие из перечисленных сожалений. Мне повезло зарабатывать, занимаясь тем, что я люблю делать, быть в стихии соперничества. Я просыпаюсь и вынужден играть в свой лучший покер, так как играю против лучших игроков.

Было бы неплохо играть кое-как и все равно тащить. Но челлендж – это то, что делает такой лайфстайл интересным.

Времена выигрышей при посредственной игре давно ушли, да, Эрик?

Точно. Мне нравится, когда напротив меня сидят лучшие игроки. И я могу попытаться понять, как их переиграть.

Оставить комментарий