Pokerdom
ПокерОК
Jack Poker
1Win
RPTBET
MobilePokerClub
Бонус 100% до 50,000 для новичков
Еженедельный фриролл на 20,000 по вторникам в 20:00
Еженедельный фриролл на 20,000 по вторникам в 20:00
Тренды поиска
На Poker.ru продолжается цикл интервью с интересными личностями из мира покера. Герой сегодняшнего выпуска — Максим SnWay, топ-менеджер бэкингового кеш-фонда Greenline Poker. Мы расспросили его о том, как устроен фонд изнутри, с какими вызовами и трудностями сталкиваются его руководители, поговорили о покере в разрезе «воспитания» сильных игроков.
— Максим, здравствуйте! Спасибо, что согласились на интервью. Расскажите немного о себе: как вы впервые оказались в покере и что в нем вас зацепило настолько, что вы решили связать с ним карьеру?
— Это, наверное, как и у многих, стечение разных факторов. В покер играли мои знакомые, друзья, и на каком-то этапе я к ним присоединился. Для меня он был интересен как средство решения логических задач. Это игра с неполной информацией, в ней очень много действий происходит за единицу времени. Со временем это увлечение трансформировалось в поиск новых знаний.
Я пришел в покер в 2008 году, более 17 лет назад. На тот период информации в открытых источниках было очень мало. Приходилось собирать ее по крупицам, искать, общаться. Те, кто узнавал новые концепции, в основном из общения, те и получали преимущество. Сейчас все изменилось — информации очень много, она вся в открытом доступе… Но тогда это было новой, неизведанной темой — этим и зацепило.
— Вы изначально заинтересовались самой игрой, а потом перешли на сторону менеджмента. Почему отказались от идеи играть самому профессионально?
— Я играл профессионально больше 10 лет. Закончил карьеру игрока на высоких лимитах, примерно 6К. Можно сказать, «прошел весь покер» — карьера была успешной.
Игра на протяжении десяти лет может быть интересна, но в определенный момент понимаешь, что хочется найти что-то более ценное, новое. То, что будет больше по душе. Сейчас я на своем месте: по-прежнему хорошо понимаю, как работает покер, но при этом у меня есть масса других навыков — как организовать процесс, как помочь другим игрокам стать лучше.
— Менеджмент в покере сильно отличается от других сфер?
— Скажу сразу: могу судить только по ближайшему кругу общения, в который входят владельцы достаточно крупных региональных бизнесов. Самое большое отличие заключается в поиске сотрудников. Они должны понимать игру, любить ее и быть успешными в ней.
Не получится просто разместить вакансию и получить отклик от подходящего сотрудника. Это узкая сфера, в ней реально нужно разбираться. Поэтому интеграция сотрудников сложнее. В остальном менеджмент работает так же: система, структура, требования к себе и к команде. В целом очень много общего, за исключением специфики покера.
— Не задумывались о том, чтобы вернуться к игре?
— Временами такие мысли приходят. Когда долго работаешь с множеством игроков, (которые исчисляются уже даже не сотнями человек, а бОльшими числами) понимаешь и видишь, что работает: какие действия помогают игрокам, а что — нет.
Время от времени посещают мысли вернуться в игру. Она мне по-прежнему интересна, особенно за счет работы с людьми. С каждым человеком этот кейс абсолютно разный: ошибки, слабые и сильные стороны — все это уникально. Но при этом мне больше интересно помогать расти другим игрокам, чем развиваться в этом направлении самому. Сейчас я больше радуюсь успехам других и получаю от этого эмоции. Свой путь в роли игрока я уже прошел.
— Играете в покер вне рабочего времени?
— Бывает, в кругу друзей, в рамках встреч Greenline Connect. Мы уже провели три встречи за последние два года. В рамках дружеских посиделок, конечно же, покер по-прежнему интересен.
— Расскажите нашим читателям, что такое Greenline?
— Greenline — абсолютно точно крупнейший бэкинговый фонд в мире, и он не просто так носит это звание. Это система, которая строилась и продолжает строиться, видоизменяться вот уже на протяжении пяти лет.
За эти пять лет мы выросли с 30 игроков до 400. Вместе с игроками выросли тренеры, персонал, команда. Мы удерживаем позиции крупнейшего фонда на протяжении всех этих лет, и, естественно, все это не просто так.
— Какими были ключевые этапы развития Greenline?
— «Ключевых», то есть важных для развития этапов, было очень много. Например, 2022 год, когда закрывались румы и игроки неизбежно приходили к нам. В этот момент мы очень сильно выросли численно, и перед нами встала важная задача: нужно было уделять достаточное внимание каждому конкретному игроку, сохраняя при этом качество. Но мы эту задачу решаем на протяжении всего времени существования фонда: Greenline — постоянно растущий проект.
Приходилось структурировать информацию, перестраивать систему, адаптироваться под новые форматы и условия игры. Постоянно приходилось что-то менять, чтобы игроки продолжали показывать отличные результаты.
Следующий этап — изменения в работе технических отделов. Нам важно, чтобы игроки получали доступ к лучшим полям. В покере не нужно быть сильнее всех, но обязательно быть лучше всех за столом. Сейчас поля, которые предлагает Гринлайн, — они очень хороши, мы сильно прокачали этот навык.
Также мы перестроили работу с тренерами. К нашей команде присоединились сильнейшие покеристы с многолетним опытом. Это действующие игроки лимитов от NL1,000/PLO1,000 и выше.
Все наши тренеры постоянно развиваются и активно играют. Неиграющий тренер в современном мире — неработающая система.
Мы все время ставим перед собой новые вызовы, очень требовательны к себе — только так мы можем быть требовательны ко всем остальным участникам проекта. Постоянно пробуем что-то новое.
Мы проводим офлайн-встречи, запустили проекты обучения, структурировали Омаху — в ней очень много тонкостей, компонентов, нюансов. До нас этого никто не делал. Мы всегда ставим перед собой вызовы, сложные задачи и держим высокую планку.
— Greenline — это кеш-фонд. Почему именно кеш, а не турниры?
— Ответ очень простой: мы любим играть на своих сильных сторонах. Основатели фонда — кеш-игроки. Мы не знакомы со спецификой МТТ, но точно понимаем, какие ключевые навыки нужны кешевику и, что самое важное, как их найти и развить.
— Расскажите поподробнее о Junior‑программе: зачем она нужна? Не проще ли фонду брать уже подготовленных игроков?
— Это сопряжено с риском, но помимо того, что мы требовательны, мы еще и уверены в себе. У нас накоплена экспертиза в проблемах игроков, мы знаем, чего им не хватает, чтобы перейти на новый уровень. Junior — это программа для тех, кто только начинает, у кого еще нет профессионального подхода. Для тех, кто воспринимает покер как очень интересное занятие и хотел бы заниматься им дальше.
Работа в команде, структурированная информация, которая подается понятным языком, и тренировки — вместе дают отличный результат. В итоге игроки показывают действительно выдающиеся относительно самих себя трехмесячной давности результаты. От игрока требуются только желание и готовность много работать. Мы умеем учить.
Программа показывает себя успешной: больше ста игроков перешли из Junior в основную команду. Это люди, которые совершили для себя качественный «рывок» в понимании покера.
Совсем скоро мы запускаем такой же проект по пятикарточной Омахе. Информации по этой игре, а особенно структурированной, в открытом доступе очень мало. Мы ее собрали, сделали выжимку — все это будет в Junior, а потом и в основе Greenline.
Возвращаясь к вопросу: с точки зрения здравого смысла — конечно, набирать уже опытных игроков проще. Но когда ты ставишь перед собой все время новые вызовы, рано или поздно придет эта мысль: «А что если взять игрока без сформированных привычек, которые могли бы ему мешать, и заложить фундамент с нуля?».
— Насколько быстро происходит переход из Junior в основную команду?
— Это зависит от игрока. Нужно понимать, что любое изменение в игре требует времени. Знания и умения — это разные вещи. Знать мы можем многое, а вот уметь — очень мало. Чтобы игрок перешел в команду, он должен чему-то научиться.
В среднем переход занимает 3-4 месяца, но бывает быстрее или дольше. Все зависит от включенности самого человека. Бывало и быстрее, а у некоторых игроков затягивалось до 6-7 месяцев. Повлиять на это и как-то ускорить мы не можем. Только подсказать, направить, указать на проблемные места. Кто-то не пройдет вовсе — такова жизнь.
— В чем «философия» Greenline — чем ваш фонд отличается от десятков похожих проектов?
— Часто к реальности примешивается множество маркетинговых лозунгов: «У нас есть все! У нас есть поля, помощь, тренеры…». Некоторые проекты обещают многое, но в реальности все иначе.
В Greenline мы очень много работаем, чтобы действительно каждый день становиться лучше. Мы совершенствуем системы, сотрудников, оптимизируем, структурируем, упрощаем работу… Это дает большие результаты. Игроки приходят к нам, чтобы стать лучше, и остаются надолго.
Показательный факт: у нас работает программа лояльности, которая разделена на уровни. За их достижение мы предлагаем разные поощрения: и повышение процента профита, и мерч, и различные поездки… Конечная точка этой программы для игрока — профит $300,000. Недавно мы награждали одиннадцатого игрока, достигшего этого уровня. И все одиннадцать по-прежнему с нами.
Казалось бы: есть банкролл, есть деньги — зачем оставаться? Но эти игроки видят в нас очень сильного партнера, который забирает на себя множество обязанностей и проблем. Мы ведь помогаем не только финансово.
У нас есть игроки с профитом более 500 тысяч и даже свыше миллиона долларов, и они продолжают с нами работать. Это показатель того, что мы никого не держим силой — мы работаем с теми, кто этого хочет. Игроки остаются, потому что видят в нас надежного партнера.
— Каких людей вы хотите видеть в команде менеджмента, чтобы поддерживать эту «философию»?
— Опять же, это не тот случай, когда можно просто опубликовать вакансию. Обычно это наши же бывшие успешные игроки, у которых есть способности к управлению. Люди, которые сами хотят перейти из покера в «околопокер».
За все время нашего существования команда, разумеется, росла. В основном она пополнялась бывшими успешными (это важно!) игроками. Как говорят: хороший игрок — не обязательно хороший тренер. А плохой игрок никогда не станет хорошим тренером — или, в нашем случае, менеджером. Чтобы помогать другим, нужно самому пройти этот путь.
Нашу команду пополнили игроки, которые в прошлом тоже в какой-то степени «прошли покер» и стали участниками фонда Greenline. Они привносят новые идеи, энергию, свежий взгляд. Они позволяют нам не оставаться на одном и том же уровне и постоянно развиваться.
— Как вы работаете с игроками в кризисе или даунстрике? Что в такой ситуации важнее: поддержка или строгость?
— Это снова к вопросу о том, чем отличается Greenline от других проектов: мы берем на себя много рисков за игрока. С успешным покеристом, который много играет и растет по лимитам, работать легко, это сможет любой человек.
На моем опыте не было ни одного топ-игрока, который бы не ломался. В какой-то момент это случается с каждым, даже с лучшими из лучших. И самое сложное — это как раз период, когда у игрока не складывается. Результата нет: кризис, даунстрик… Что с этим делать? Здесь подсказывает ответы накопленный опыт нашей команды.
Важны не столько поддержка и не столько строгость. Важна реальность: понять, почему это происходит, какие действия привели к точке, довести это до игрока и определить, что делать дальше. Покер — игра достаточно справедливая. Наши действия приводят нас в определенную точку, и это всегда следствие ранее принятых решений. Поэтому осознание реальности здесь — самое главное. По пунктам:
Часто игроки, когда у них все гладко и ровно, немного расслабляются. А когда случается первая боль, возникает непонимание: «Как же так, вчера было хорошо, а сегодня все сломалось — что делать?».
Самостоятельно с этим разобраться очень тяжело. И для этого внутри фонда у нас выстроена система. У каждого игрока, помимо тренера и менеджера, есть ментал-коуч. Это клинические психологи с высшим образованием, большим опытом работы с игроками. Они понимают проблемы игроков, могут увидеть их причины. Помогают пройти кризис профессионально. К тому же менеджер всегда очень активно взаимодействует с игроком в кризисе. Иногда поддерживая, иногда, наоборот, проявляя строгость. И удивительно, насколько это эффективно. Когда помогает кто-то извне, проходить кризисы в сто раз проще, чем проживать все это внутри себя.
Система реализована, и она работает. Мы не паникуем и не принимаем импульсивных решений, когда игрок проходит кризис. Опыт показывает: система работает. Даже мейкапы по 100-200 тысяч долларов преодолевались.
— Как изменился кеш-покер за последние 5 лет?
— Покер всегда меняется. За последние 5 лет выросли уровень игры и требования к игрокам. Раньше, даже 5 лет назад, а тем более 10, 15, 20, покер был достаточно быстрым социальным лифтом. Можно было быстро выйти на сверхбольшие доходы, просто немного разобравшись в игре.
Сейчас этот путь в разы дольше и сложнее, хотя и остается проходимым — мы видим это на примере наших игроков. Помимо техники, важны системность, режимность, дисциплина, удержание фокуса. Средний уровень игры вырос, к тому же появились новые форматы, которые требуют адаптации. Все это требует оставаться в тонусе: нельзя достичь какого-то уровня и остановиться без провала по результатам. Еще десять лет назад это было возможно. Сейчас нужно постоянно делать больше, прокачивать себя.
Если, допустим, я прихожу на обычное предприятие, то в самом начале карьеры я работаю очень много и получаю очень мало. С течением времени, продвигаясь по карьерной лестнице, это соотношение меняется в лучшую сторону. Работаю чуть меньше, но при этом уровень дохода не проседает — я получаю либо столько же, либо больше.
Вот в этом вопросе покер, наверное, не совсем справедлив. В «реальном» секторе попробуй выйти на доход в 3-5 тысяч долларов ежемесячно — на это точно понадобится не один год. А покер позволяет достичь такого результата гораздо быстрее.
— Какие технологии и инновации больше всего повлияли (если такие были) на подход фонда к обучению и работе с игроками?
— Сейчас обязательно работать с покерным софтом — солверами, тренажерами. Это просто необходимо. Работа с софтом экономит время и позволяет быстрее отрабатывать концепции. Технологических прорывов именно у нас не было, потому что работа фонда — это работа с людьми.
— Что бы вы посоветовали игрокам, которые хотят сделать покер профессией и рассматривают фонд как способ пройти этот путь?
— Задайте себе вопрос: чего я хочу от покера? Если свободы — помните, что крайне важна самоорганизация. Покер дает свободу в перемещении, но в остальном — нет. Самоорганизация — такой же навык, который нужно прокачивать. Это умения вставать вовремя, держать фокус, продолжать, когда не складывается.
Волшебных таблеток в покере нет. Есть понятные действия, которые помогут прийти к самоорганизации. Но 95% работы в этом деле — на самом игроке.
Хороший пример — тренер в тренажерном зале. Человек приходит к нему с запросом: «Я хочу отжать от груди 100 килограмм», а не «Отожмите за меня 100 килограмм». Тренер поможет, покажет упражнения, расскажет технику. Но если человек сам не будет прикладывать усилий, он к своей цели не приблизится.
Важно принимать на себя ответственность. Фонд и тренеры дают инструменты, но делать нужно самому. Если готовы работать, учиться, слушать и меняться — у вас все получится. Если ждете быстрых результатов просто от того, что попали в фонд, — то, к сожалению, это так не работает.
Хотите поделиться своим мнением или оставить комментарий?
Написать
